Конституционный суд разрешил забирать «коррупционные» активы без сроков давности

Руководитель секретариата КС Евгений Тарибо. Конституционный суд постановил, что для исков прокуратуры об изъятии имущества коррупционеров нет и может вообще  быть срока давности. Свое решение, оглашенное в четверг, судьи объяснили необходимостью защиты конституционных ценностей и демократического строя. Но такой правовой режим не распространяется на иски, связанные с нарушением порядка приватизации, на всякий случай уточнил суд. Юристы, однако, опасаются, что правоприменительная практика может выйти за очерченные этим постановлением рамки.

Конституционный суд (КС) признал не соответствующими Основному закону положения Гражданского кодекса в той части, в какой они позволяют распространять стандартные сроки исковой давности применительно к требованиям Генеральной прокуратуры об обращении в доход государства имущества, полученного от коррупционных правонарушений. Фактическое отсутствие таких сроков КС посчитал «адекватно отражающим в конкретно-исторических условиях общественные потребности». Законодатель вправе не вводить никаких ограничений, а если все-таки сочтет нужным это сделать, то они должны существенно превышать уже установленные (не больше десяти лет). Необходимо также предусмотреть специальные правила течения этих сроков, настаивает суд.

Однако, подчеркнул господин Тарибо, такой правовой режим относится только к исковым заявлениям прокуроров об обращении в доход имущества, приобретенного в результате несоблюдения лицом антикоррупционных запретов, и не может быть применен к другим требованиям, в том числе основанным на нарушении порядка приватизации.

Также, настаивает КС, прокуроры должны доказывать, что лицо использовало свои полномочия в корыстных целях и извлекало доход от корыстных действий. Если полученные таким образом имущество или доходы были преобразованы в иные активы, нужно доказать факт такого превращения. Кроме того, отмечается в постановлении, обращение имущества в доход государства не должно применяться в отношении третьих лиц, не участвовавших в организации коррупционных схем и не знавших об источнике происхождения такого имущества. подробнее